Оспаривание сделок — законодательное регулирование

   В настоящей теме поговорим об оспаривании сделок. Данная тема  встречается как в гражданских правоотношениях между физическими лицами, так и предпринимателями.

ВНИМАНИЕ: наш адвокат по оспариванию любого договора в Екатеринбурге поможет в процедуре оспаривания сделок: профессионально, на выгодных для Вас условиях и в срок. Звоните и читайте информацию подробнее на нашем сайте

Основания оспаривания сделок

   Основаниям оспаривания сделок посвящён параграф 2 главы 9 Гражданского кодекса. И он включает в себя 12 оснований для признания той или иной сделки недействительной. Однако в данной статье мы рассмотрим лишь основные правовые основания, которые встречаются в гражданских правоотношениях между физическими и/или юридическими лицами:

  • Сделка, нарушающая требования закона. Примером такой сделки может быть заключение договора с несоблюдением установленной законом формы. Например, заключение договора продажи имущества без его государственной регистрации в реестре. Такая сделка будет являться ничтожной.
  • Мнимая или притворная сделка. Это такая сделка, по которой стороны, заключая договор, не намерены создать друг для друга каких-либо юридических последствий. А сама сделка заключается лишь для вида. Подробнее о мнимой и притворной сделке по ссылке на нашем сайте
  • Сделка, совершенная лицом не способным понимать свои действия. На практике такие споры чаще всего возникают в рамках вступления в наследство. А именно когда наследники обратившиеся за принятием наследства узнают о наличии завещания. При этом завещание составлено в период тяжелой болезни или психического расстройства наследодателя. Все это дает основания для предъявления заинтересованным лицом искового заявления.

   Узнать какие именно правовые основания применимы именно к Вашей конкретной ситуации Вы можете обратившись в наше Адвокатское бюро «Кацайлиди и партнеры» за консультацией.

Досудебный порядок оспаривания сделки

   Безусловно не все спорные ситуации доходят до судебных инстанций. И в спорах об оспаривании той или иной сделки, удается урегулировать спорный вопрос до предъявления иска.

   И такой порядок фактически сводится к предъявлению претензии стороне, или сторонам, нарушившим Ваши права. Стоит отменить, что в спорах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности такой порядок является обязательным.

А правовые основания, положенные в Вашу претензию, будут учитываться судом при рассмотрении Вашего искового заявления в будущем. Так, например, предъявив претензию по одним основаниям, Вы уже не сможете их изменить в суде.

Поэтому важно начинать работу в досудебном порядке именно с квалифицированным юристом.

   Поговорим о последствиях удовлетворения Вашей претензии. Так, например, в случае если стороны оспариваемой сделки признают требования Вашей претензии обоснованной, возможны следующие варианты развития событий:

  1. Расторжение сделки. Оно может быть оформлено сторонами оспариваемой сделки в письменной форме. И Тогда фактически все стороны конфликта вернутся в первоначальное положение;
  2. Отказ от прав. Так, например, если наследодателем была завещана квартира третьему лицу, и он признал Ваши требования о том, что наследодатель в момент совершения сделки не мог понимать значение своих действий, он может просто предъявить нотариусу заявление об отказе от вступление в наследство. Тем самым будут сняты все риски, связанные с незаконным переходом прав на имущество.

ПОЛЕЗНО: смотрите видео по правилам составления претензии

Порядок оспаривания сделок в суде

   Как мы уже указывали ранее законом может быть установлен обязательный порядок досудебного урегулирования спора. В таком случае первоначальным этапом в любом случае будет предъявление претензии.

В противном случае Ваше заявлении может остаться без рассмотрения, что повлечет затяжку рассмотрения спора.

Если же вы уже обращались с претензией к сторонам сделки, то порядок оспаривания будет следующий:

  1. Формирование позиции по делу. На данном этапе с Вашим юристом необходимо определится с правовыми основаниями Ваших требований.
  2. Сбор доказательств. Лучше подготовится к судебному процессу заранее. Это также исключит волокиту спора, связанную с направлением судебных запросов по истребованию тех или иных документов.
  3. Подготовка заявления в суд. Учитывая, что в последнее время в процессуальной законодательство вносится большое количество изменений, обращение к юристу снизит риски возврата Вашего заявления или оставления его без движения. Особенно важно грамотно сформировать требования и определится со сторонами спора.
  4. Предъявление иска в суд. Опять же обращаем внимание на внесение изменений в процессуальное законодательство. Теперь Вы самостоятельно извещаете противную сторону о предъявлении иска.  
  5. Судебное разбирательство. На данной стадии перед судом Вы должны отстоять свою позицию путем предоставления доказательств. 

ПОЛЕЗНО: смотрите, как вести себя в судебном процессе по делу прямо сейчас

Госпошлина при оспаривании сделок

   По общему правило само по себе требования об оспаривании сделки, носит неимущественный характер. То есть госпошлина при предъявлении иска о признании сделки недействительной будет составлять 300 рублей.

Однако на практике данное требование всегда заявляется с производным от него требованием – двухсторонней реституцией, то есть возврате сторон в положение, существовавшее до заключение сделки.

И именно данное требование фактически является конечной целью спорящего лица.

   И в условиях удовлетворения требования о применении последствий недействительности сделки, вы уже вновь приобретаете те или иные имущественные права. А, следовательно, данные требования должны облагаться пошлиной, как для имущественных исков.

Именно данная правовая позиция изложена в разъяснения Верховного суда РФ по вопросом применение процессуального и налогового законодательства.

Вместе с этим на практике суды зачастую пропускают иски о признании договоров недействительными и применении последствий их недействительности, и принимают их с государственной пошлиной, уплаченной как по требованиям неимущественного характера.

   Государственную пошлину вы можете оплатить как в отделении банка, так и безналичным платежом. Обращаем внимание на то, что если оплата будет производится безналичным платежом, то в отделении Вашего банка в обязательном порядке необходимо заверить копию платежного поручения. В противно случае исковое заявление могут оставить без движения.

ПОЛЕЗНО: иногда стоимость сделки может быть многомиллионной, а значит потребуется решить вопрос о снижении государственной пошлины, рассчитываемой от цены иска

Сроки оспаривания сделок

   Гражданский кодекс РФ выделяет два типа недействительных сделок:

  • Оспариваемые сделки;
  • Ничтожные сделки.

   Срок давности для предъявления требований о признании сделки ничтожной, составляет три года. При этом срок давности для призвания оспоримой сделки недействительной, составляет один год.

   Отмечаем, что пропуск срока исковой давности, не является препятствием для предъявления искового заявления. И в любом случае такой иск должен быть рассмотрен по правилам процессуального законодательства.

Более того отмечаем, что течение срока давности, начинается только тогда, когда лицо, чьи права нарушены, узнало об этом. Вместе с этим в любом случае, с момента совершения сделки не должно пройти более 10 лет.

Указанный срок является пресекательным и не подлежит восстановлению.

   Вместе с этим действующим законодательством закреплено такое понятие как приостановление течения срока давности. Например, оно начинает работать в условиях, когда спорящие стороны привлекли профессионального медиатора к разрешению их конфликта.

   Более того, срок исковой давности может быть прерван и начать течь начала. Данное правило реализуется в условиях, когда противная сторона признала требования Вашей досудебной претензии, но не удовлетворила их в том числе и по основания пропуска срока. В данных условиях течения срока «обнуляется».

Последствия оспаривания сделки

   Так в случае удовлетворения требований о признании сделки недействительной, суд возвращает стороны в первоначальное положение. Например, если в браке одним из супругов было произведено отчуждение имущества, без ведома второго супруга, такая сделка может быть оспорена. И с момента принятия решения, У вас снова возникнет право общей совместной собственности на имущество.

   В отношении сделок, совершенных с тем имуществом, которое подлежит государственной регистрации, суд дополнительно указывает в своем решении о признании сделки недействительной, что оно является основанием для внесения изменений в государственном реестре.

   Таким образом после получения решения, Вам необходимо будет обратится в уполномоченный орган и осуществить регистрационные действия. Обратится с таким заявлением, может любая сторона спора. Важно, чтобы решение имело отметку о том, что оно вступило в законную силу.

Адвокат по оспариванию сделок в Екатеринбурге

Оспаривание сделок - законодательное регулирование

   Да потому что, пожалуй, это одна из самых сложных категорий споров, рассматриваемых судами. Зачастую истории с оспариваемой сделкой, могут быть очень запутанными.

   И входе рассмотрения спора, может выяснятся, что после спорной сделки, был совершен еще ряд сделок, сторон которых также необходимо задействовать в Вашем процессе. В противном случае ошибка, можете очень дорого обойтись. А исправлять ошибки в вышестоящих инстанциях очень непросто.

Не раз помогали нашим Доверителям в:

Именно в связи с этим Адвокат Адвокатского бюро «Кацайлиди и партнеры» по оспариванию сделки:

  • определит вместе с Вами правовую позицию;
  • осуществит сбор необходимых доказательств;
  • представит в надлежащей форме указанные доказательства в суд.

   Очень важно также оценить в судебном процессе поведение противной стороны. Зачастую, именно пояснения второй стороны можно также использовать в Вашу пользу в качестве доказательства.

Также необходимо обращать внимание и на поведение судьи. Зачастую они дают подсказки, которые обычный человек – не юрист может не разглядеть.

Такие подсказки могут содержать указание на предоставление необходимых дополнительных доказательств.

   В связи с чем настоятельно рекомендуем Вам прибегать к помощь профессионалов в таком сложном вопросе как оспаривание сделки.

Оспаривание сделок - законодательное регулирование

Автор статьи:

© адвокат, управляющий партнер АБ «Кацайлиди и партнеры»

А.В. Кацайлиди

Как мы выиграли суд по защите сделки от оспаривания

Оспаривание сделок - законодательное регулирование

Разбираем, как мы отстояли сделку по покупке Рендж Ровера в трех инстанциях.

Прежде, чем перейти к сути, начну с небольшого примера.

У «Ромашки» был грузовик. Фирма остро нуждалась в деньгах, поэтому транспорт продали. Авто ушло хорошим знакомым по балансовой стоимости — 8 рублей.

Дальше дела у фирмы пошли хуже: клиент не хотел брать товар без доставки, а внешние перевозчики обходились намного дороже. Отсутствие своего транспорта привело к росту расходов. Прибыль падала. Долги накапливались. 

Через пару лет на «Ромашку» подали заявление о банкротстве. Пришел конкурсный управляющий, увидел сделку с грузовиком, сделал оценку его рыночной стоимости и выяснил, что железный конь на момент продажи стоил аж 25 рублей. Сделку оспорил и обязал покупателя вернуть авто. Новый владелец сказал: «Да не вопрос!» — и сдал грузовик обратно.

Но вот «Ромашку» это уже не вернет из банкротства. А ведь все могло бы быть иначе, если бы директор просто не продал транспорт. Уловили тему?

Оспаривание сделок — это прелюдия к субсидиарке (СО). Успешно оспоренная сделка — трамплин к ней.

Причина проста: априори предполагается, что «кривая» сделка запустила механизм падения бизнеса и привела к его банкротству.

А вынесенный судебный акт об ее оспаривании достоверно устанавливает виновных лиц и степень их распущенности. Обратное придется доказывать уже директору и другим КДЛ в рамках дела о привлечении их к субсидиарке.

Если по взаимосвязи между «отменой сделки» и «попаданием на субсидиарку» остались вопросы, то вам сюда: “Как избежать субсидиарной ответственности”, а мы переходим к сути.

Начало

Александр был совладельцем и директором компании «Рив Гош». Несмотря на косметическое название, компания занималась поставками алкогольной продукции и имела достаточно обширные складские запасы + автопарк.

Аккурат перед уходом с поста директора в 2016 году Александр продал пару корпоративных автомобилей своей супруге.

А в 2017 году началось банкротство «Рив Гош». Арбитражный управляющий запросил информацию в ГИБДД о сделках организации. Оттуда пришли копии договоров купли-продажи двух авто, среди которых и интересующий нас Range Rover Evoque.

Из документа следовали следующие условия сделки:

  • Цена: 350 000 руб.
  • Покупатель: Валентина, она же супруга директора Александра.
  • Дата заключения договора: 06.04.2016 (за 10 месяцев до принятия заявления о банкротстве организации).
Читайте также:  Заключение браков в дипломатических представительствах и консульствах

Рендж Ровер? За 350 тысяч? Заинтересованному лицу? В предбанкротный период? Да вы прикалываетесь?!

Большого ума не надо, чтобы почуять неладное. Конкурсный подал заявления о признании обеих сделок недействительными.

Первую Александр достаточно быстро проиграл и отдал автомобиль конкурсному, чтобы избежать обвинений в причинении ущерба. А вот со злосчастным Range Rover Evoque история подзатянулась.

А после нескольких судебных заседаний на Александра еще подали и заявление о привлечении к субсидиарке.

Вот в этот момент он и появился на пороге «Игумнов Групп», «компании с подтвержденным опытом и оптимальным соотношением качества / стоимости услуг» — так Александр охарактеризовал свой выбор.

На наш вопрос, почему не предпринимаются активные действия, чтобы отбиться от очередного оспаривания сделки с авто, Александр ответил философски: «Оспорили и оспорили. Я же вернул автомобиль, в чем вопрос?». И вот здесь мы поняли, что пришло время для небольшого ликбеза.

Дело в том, что сама по себе оспоренная сделка — это установление факта недобросовестности. Раз КДЛ заключал сделки, которые приводили к убыткам, кто как не он виноват в банкротстве? А это — прямой билет к субсидиарке. Учитывая, что дело по субсидиарке и без того развивалось активно, еще одна оспоренная сделка точно играла не в пользу нашего клиента.

Александр выслушал нашу позицию и так же философски ответил: «Действуйте».

Плюсы

Первая инстанция

Несмотря на прошедшие заседания, это была еще только первая инстанция. У нас еще была возможность скорректировать позицию клиента и приобщить новые доказательства.

Тип задачи

Оспаривание сделок предполагает, что бремя доказывания лежит на конкурсном. Наша задача — просто опровергать его слова. А ломать, как говорится, — не строить.

Ответственный клиент

Хотя сделка оспаривалась между организацией и супругой директора, по факту в итогах этого суда был заинтересован именно наш клиент. А Александр — очень ответственный человек, который сохранил все документы и был глубоко в теме.

Наличие опыта

Оспаривание сделок и, наоборот, защита от оспаривания для нас не новое направление.

Минусы 

Неравноценность сделки

В каком бы состоянии не был Рендж Ровер, он точно не тянул на 350 тысяч. Даже на миллион. Основания для оспаривания были вполне реальны.

  • Сделка в предбанкротный период
  • Для того, чтобы оспорить сделку, совершенную в течение 12 месяцев до принятия заявления о банкротстве, достаточно доказать, что она была совершена по цене ниже рынка.
  • Наличие оспоренной сделки

Аналогичная сделка по тем же основаниям и между теми же лицам только с другим автомобилем уже была оспорена судом в рамках параллельного дела. Суд по-любому уже успел сформировать свое мнение по поводу ситуации с корпоративными автомобилями. Нам предстояло с ним работать.

Аффилированность лиц

В данном случае это уже не имело большого значения, но точно не облегчало ситуацию. Из всего вышесказанного, ситуацию мы охарактеризовали как «пациент скорее мертв, чем жив», но мы были бы не «Игумнов Групп», если бы не попытались выжать максимум возможного для победы.

Позиция конкурсного управляющего

Тезисно:

Сумма сделки. Автомобиль отчужден за год до банкротства, при этом цена по договору составляет 350 тысяч рублей — сделка явно не по рыночной цене. В подтверждение своих доводов управляющий приложил скриншоты с тематических сайтов, а там машина продается в диапазоне от 2 до 3,5 млн. Сравните с 350 тысячами — разница ощутима.

Отсутствие платежа. Исходя из банковских выписок по счетам «Рив Гош» в банке ВТБ, в указанную дату 350 тысяч не поступали. При этом регистрация автомобиля на покупателя состоялась. Налицо неравноценная сделка: Валентина автомобиль получила, а деньги платить не стала.

Аффилированность лиц. Сделка совершена с супругой Александра — куда уж еще более заинтересованное лицо найти?

Просительная часть: Валентина должна вернуть машину должнику, а Александр — получить билет на субсидиарку по полной программе!

Работа над делом

Мы проанализировали дело и выложили следующие козыри:

Срок исковой давности. По закону срок на подачу заявления об оспаривании сделки, совершенной по заниженной цене, составляет 1 год с момента, как об этой сделке стало известно. Полное руководство по срокам исковой давности вы найдете здесь.

А теперь следите за цифрами:

  • сделка купли-продажи была совершена 06.04.2016
  • заявление о признании компании банкротом было принято 09.02.2017

Оспорь меня, если сможешь! Подсказки от ВС РФ для прохождения квеста!

  • Пожертвовать сливой чтобы спасти персик (李代桃僵 
  • Если обстановка не позволяет обойтись без потерь.
  • Нужно пожертвовать слабой позицией,
  • Чтобы ещё больше укрепить сильную.
  • Оспаривание сделок в рамках банкротства —  не только обязанность управляющего и право кредиторов, но также, порой, едва ли не единственный способ хоть чем-то пополнить  конкурсную массу.
  • Законодательство  о банкротстве в отношении оспаривания сделок неоднократно корректировалось, определяя круг лиц, которые могут оспаривать сделки, сроки исковой давности, конкуренцию оснований при оспаривании.

Разобраться в этом порой непросто. Попробуем?

   КТО МОЖЕТ ИГРАТЬ

   По общему правилу оспорить сделку может управляющий, а также кредиторы, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц( ст. 61.9 Закона о банкротстве).

  1.    При этом, как уже давно подтверждено судебной практикой[i], кредиторы могут объединять свои требования для преодоление 10-процентного порога.
  2.    При этом, ВС РФ справедливо отметил: «Положения Закона о банкротстве, предусматривающие право оспаривания сделок должника конкурсными кредиторами, обладающими относительно небольшим размером требований к должнику, направлены на самостоятельную защиту последними своих законных интересов, в том числе в случае недобросовестного поведения конкурсного управляющего, уклоняющегося от совершения таких действий.
  3. При этом установленный законом десятипроцентный порог служит лишь ограничением для чрезмерного и несогласованного оспаривания сделок по заявлениям миноритарных кредиторов, что может нарушить баланс интересов участвующих в деле о банкротстве лиц, привести к затягиванию процедуры банкротства и увеличению текущих расходов.
  4. Возможность соединения требований нескольких кредиторов для достижения общих целей (признания незаконной сделки должника недействительной, пополнения конкурной массы, максимального пропорционального погашения требований всех кредиторов) отвечает целям конкурсного производства и способствует эффективному восстановлению их нарушенных прав.
  5. Иной подход в подобной ситуации противоречит законодательному регулированию соответствующих правоотношений и ограничивает права добросовестных участников дела о банкротстве на судебную защиту».
  6. ГДЕ МОЖНО ИГРАТЬ

   По общему правилу сделки должника оспариваются в рамках дела о банкротстве. Такие правила применимы и к управляющему и кредиторам, в случае, если ими оспариваются сделки по банкротным основаниям.

Ситуация меняется, если сделка оспаривается по общегражданским основаниям. В таком случае оспорить ее в рамках дела о банкротстве может [ii]только управляющий.

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.

1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.

1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом или законодательством о юридических лицах).

При этом заявления о признании сделок должника недействительными по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом или законодательством о юридических лицах), предъявляемые другими помимо арбитражного управляющего лицами (например, контрагентами по сделкам или должником в ходе процедур наблюдения или финансового оздоровления), подлежат рассмотрению в исковом порядке с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности.

Недействительность сделок в гражданском законодательстве

6 мая 2020 г. 18:13

Адвокатам рассказали о том, что понимать под сделкой, основаниях признания ее недействительной и оспоримой, а также спорных аспектах в действующем законодательстве

6 мая Федеральная палата адвокатов РФ провела очередной обучающий вебинар. С лекцией на тему «Недействительность сделок в ГК» выступил главный редактор Журнала РШЧП, руководитель образовательных программ Lextorium.

com, профессор и директор Центра сравнительного права НИУ «Высшая школа экономики», арбитр МКАС, Арбитражного центра при РСПП, действительный государственный советник юстиции 2 класса, кандидат юридических наук Андрей Егоров.

В начале выступления спикер напомнил, что согласно ст. 153 ГК РФ под сделками понимаются действия граждан и юридических лиц, направленные на возникновение, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей.

По мнению Андрея Егорова, в данном определении отсутствует очень важный признак, что сделкой признается действие, не просто направленное на возникновение правовых последствий, но и способное породить их только потому, что на это есть воля субъекта.

Очень важно, заметил ученый, отличать сделки от действий, которые не являются сделками, – определяющим критерием в данном случае выступает наличие объективных действий лица, порождающих правовые последствия, при этом его намерение не имеет значения.

Верховный Суд РФ в п. 50 Постановления Пленума от 23 июня 2015 г.

№ 25 указал, что для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки). Спорным моментом здесь, по мнению эксперта, является признание долга. Так, ВС РФ считает, что это сделка, в то время как согласно классической теории сделкой это не является. Поэтому ВС РФ, назвав признание долга сделкой, либо ошибся, либо имел в виду что-то иное (например, только такой вид признания долга, который происходит уже после наступления исковой давности (ст. 206 ГК РФ)).

Была рассмотрена и такая категория сделок, как сделки, требующие восприятия.

Лектор отметил, что эта разновидность сделок характерна только для односторонних сделок, которые подразделяются на требующие восприятия (акцепт, отказ от договора, зачет) и не требующие его (завещание, решение о создании юридического лица) – это важно понимать, чтобы разобраться, с какого момента сделка считается совершенной. Большинство односторонних сделок, добавил Андрей Егоров, относятся к сделкам, требующим восприятия. Таким образом, если сделка совершена, воля стороны изъявлена, но адресат, для которого данная сделка порождает правовые последствия, не уведомлен об указанном волеизъявлении (например, не получил соответствующее письмо), сделка считается недействительной (в смысле – не производит правовых последствий).

Касательно сделок при банкротстве ученый отметил, что по общему правилу исполнение обязательств не является сделкой, при этом нужно обратить внимание на то, в чем состоит соответствующее исполнение.

Андрей Егоров пояснил, что при банкротстве в российском праве оспариваются именно сделки – преференциальные, фраудаторные (подозрительные) и сделки с неравноценным встречным исполнением (ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве).

В связи с этим возникает вопрос: что понимается под сделками в банкротном праве? Чаще всего, добавил спикер, под ними понимается исполнение обязательств, и оно также может оспариваться (за исключением, разве что сугубо фактических действий типа чтения лекций и прочих услуг).

Лектор подчеркнул, что при банкротстве понятие оспариваемой сделки должно быть гораздо шире, чем общегражданское понятие сделки.

По его мнению, в данном случае правильнее было бы поступать так же, как предусмотрено романо-германской правовой системой, – назвать акты, оспариваемые при банкротстве, юридическими действиями, а не сделками.

В эту категорию, добавил Андрей Егоров, подпадает многое из того, что в гражданском праве не признается сделкой. Например, в романо-германском праве разрешается оспаривать незаявление о пропуске исковой давности, в то время как российское банкротное право испытывает с этим сложности.

«Банкротное право – это ²вещь в себе²», – подчеркнул Андрей Егоров, добавив при этом, что в российском гражданском праве есть множество ситуаций, когда один и тот же термин понимается по-разному, в разных контекстах и разных обстоятельствах.

Читайте также:  Могут ли с пенсии удерживать долги по кредиту − Вопросы и ответы

Были также рассмотрены обязательственные и распорядительные сделки – еще одна доктринальная классификация, которая имеет прикладной характер. По словам спикера, практическое значение распорядительных сделок очень велико. Распорядительные сделки, пояснил он, – акты распоряжения правом (в частности, передача данного права, его обременение или прекращение.

Причем это не только перенос права собственности, но и отказ от него, заявление о снятии залога, заявление о зачете, односторонний отказ от договора). Для таких сделок предусмотрены особые основания недействительности: отсутствие права, которым распоряжается субъект правоотношений, а также отсутствие распорядительной власти.

На них распространяется принцип «никто не может передать больше прав, чем имеет сам».

Спикер привел примеры вариантов ограничения распорядительной власти. Так, согласно ГК РФ сдать вещь в аренду может только собственник. «Это грубая ошибка действующего правопорядка», – считает Андрей Егоров.

Дело в том, пояснил он, что ограничения, присущие распорядительным сделкам, установлены для аренды, в то время как аренда является не распорядительной сделкой, а обязательственной. Ученый добавил, что Высший Арбитражный Суд РФ в Постановлении Пленума от 17 ноября 2011 г.

№ 73 попытался исправить эту ошибку, однако получилось лишь сильно сократить ее применение, но не отменить данную норму в целом.

Далее эксперт пояснил разницу между ничтожной и оспоримой сделками. Так, последняя оспаривается только в суде, а первая является недействительной независимо от решения суда.

По словам Андрея Егорова, ранее действовало правило о том, что ничтожной признается сделка, которая нарушает закон, а остальные сделки относятся к оспоримым. «Это было не очень удачное решение, – полагает он. – Во-первых, было непонятно, что такое ²сделка, не соответствующая требованиям закона².

Во-вторых, практика выявила много случав, когда по существу сделка должна быть оспорима, но закон ²забыл² назвать ее таковой (например, крупные сделки и сделки, в совершении которых имеется заинтересованность). Сейчас ст.

168 ГК РФ содержит правило, согласно которому сделка является оспоримой, и всего два критерия, по которым сделка признается ничтожной. Но это, по мнению спикера, еще более грубая ошибка, чем было раньше.

В связи с этим эксперт призвал адвокатов, столкнувшихся на практике с указанной нормой, бороться за решение этой проблемы. По общему правилу, подчеркнул он, сделка, совершенная в нарушение закона, должна быть ничтожна. В Постановлении ВС РФ № 25 (п.

74 и 75) фактически была произведена «контрреволюция», которую можно охарактеризовать в положительном ключе. Согласно п.

74 данного постановления «договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность. Например, ничтожно условие договора доверительного управления имуществом, устанавливающее, что по истечении срока договора переданное имущество переходит в собственность доверительного управляющего».

Также, как отметил лектор, если нарушено существо законодательного регулирования, сделка признается ничтожной, и это «мостик», проложенный из Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г.

№ 25 к Постановлению Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014 г.

№ 16 о свободе договора и ее пределах, где также подчеркивается, что свобода договора заканчивается там, где начинается существо законодательного регулирования.

При этом, добавил Андрей Егоров, особое значение имеет п. 75 Постановлении ВС РФ № 25, где речь идет о публичных интересах. Они понимаются весьма широко – как нарушение любой императивной нормы, содержащей запрет закона. Спикер подчеркнул, что запрет закона – особая техника, характерная для романо-германского правопорядка.

«Совершенно правильная идея, что запретом закона признается нарушение публичного интереса при совершении сделки», – отметил он.

Лектор добавил, что запрет закона не следует путать с императивной нормой: это такая техника, при которой можно признать недействительной сделку, которая нарушает то, за что законодатель хотел наказать ее недействительностью. Данный вопрос решается по усмотрению судьи.

Подробнее практики и судьи могут посмотреть об этом в проекте концепции совершенствования общих положений Гражданского кодекса, который был опубликован весной 2009 г. (Вестник ВАС РФ № 4) и доступен на сайте Исследовательского центра частного права.

Еще одна идея лектора заключалась в том, что ст. 169 ГК РФ нужна для того, чтобы признать недействительной сделку, которая прямо не запрещена законом, но противоречит «духу права». Данная статья, полагает он, имеет большой потенциал в экономическом обороте.

Несмотря на то что детально Постановление ВС РФ № 25 не решает указанную выше проблему (например, в п. 85), «росток» правильного толкования ст. 169 ГК РФ заложен в его абз. 3 п. 17. Кроме того, имеет место конкуренция двух правовых оснований ничтожности сделок – ст. 10 и 168 ГК РФ, с одной стороны, и ст.

169 ГК РФ – с другой. Эксперт подчеркнул, что практика признания сделок ничтожными по ст. 10 и 168 была создана Президиумом ВАС РФ в Постановлении Президиума ВАС РФ от 20 мая 2008 г. № 15756/07 и далее закрепилась тогда, когда ст.

169 ГК РФ фактически не применялась судами (ввиду наличия в ней штрафной санкции – конфискации в доход государства).

В современной ситуации статья 169 ГК РФ должна быть восстановлена в своих правах, а практика оспаривания по ст. 10 и 168 ГК РФ должна постепенно сходить на нет.

В заключение спикер ответил на многочисленные вопросы участников вебинара.

С сопроводительными материалами к лекции можно ознакомиться здесь.

Обращаем внимание, что сегодня, 6 мая, вебинар будет доступен до 00.00 (по московскому времени). Повтор трансляции состоится в понедельник, 11 мая.

Татьяна Кузнецова

Принуждение к спору

Арбитражный управляющий не просто имеет право, но обязан оспаривать вызывающие вопросы сделки должника при банкротстве — иначе его могут признать «виновным в бездействии». Такую позицию занял Верховный суд РФ.

До сих пор практика была противоречивой. Одни суды штрафовали управляющих, другие не считали оспаривание обязанностью. По мнению юристов, ВС продолжает линию жесткого регулирования и ограничивает самостоятельность управляющих.

Последние опасаются давления и увеличения объема работы.

ВС опубликовал мотивированное решение о привлечении к административной ответственности арбитражного управляющего (АУ) Александра Максименко, не оспорившего ряд предбанкротных сделок депутата Госдумы Андрея Палкина.

АУ счел оспаривание сделок преждевременным, согласившись с предложением депутата погасить долги через план реструктуризации без признания банкротом. Против выступила ФНС (основной кредитор с требованиями на 189 млн руб.), где сочли отчуждение должником имущества на 1,5 млрд руб.

по сделкам дарения и купли-продажи с длительной отсрочкой платежа заведомо невыгодным. Налоговики сами добились признания недействительными 157 договоров в пользу сыновей депутата по имуществу на 320 млн руб. В итоге дело о банкротстве депутата было прекращено в связи с погашением долгов (за счет третьих лиц).

Но еще до этого ФНС пожаловалась на управляющего в Росреестр, который обратился в суд за привлечением АУ к ответственности.

Ведомство заявило о неисполнении АУ обязанностей (ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ), которое выразилось в отказе от оспаривания сделок должника.

АУ настаивал, что на тот момент не видел в этом необходимости, а позднее все же подал иски по ряду сделок (не дублируя требования ФНС) в пределах срока давности.

Суды первой и апелляционной инстанций решили, что Александр Максименко нарушил закон, и оштрафовали его на 25 тыс. руб. Кассация отменила решение, указав, что оспаривание сделок — право, а не обязанность АУ.

Росреестр добился передачи дела в экономколлегию ВС, которая признала нарушение и оставила в силе решение о штрафе.

ВС сослался на постановления Конституционного суда РФ о том, что процедуры банкротства носят публично-правовой характер, а их цель — достижение баланса интересов должника и кредиторов, что как раз призван обеспечить АУ, в том числе через меры по увеличению конкурсной массы.

Более того, реструктуризация долгов «не исключает необходимость оспаривания сделок должника, нарушающих права кредиторов». АУ был известен невыгодный характер сделок, а его поведение «продиктовано намерением обеспечить должнику рассрочку в погашении долгов… в то время как сам факт возникновения просрочки вызван действиями должника», и «этот факт должен быть очевиден самому АУ», заключил ВС.

Юристы отмечают, что в последние годы судьи стали строго спрашивать с АУ, за бездействие которых предусмотрен широкий спектр наказаний — от штрафов до дисквалификации.

«Это дело должно еще раз напомнить всем АУ, что в первую очередь надо учитывать интересы кредиторов, и если они отказались давать должнику реструктуризацию с рассрочкой на несколько лет, то оспаривать сомнительные сделки, а не пытаться убедить суд в назначении реструктуризации»,— говорит советник Saveliev, Batanov & Partners Юлия Михальчук.

Впрочем, добавляет она, это не означает, что надо оспаривать все подряд: кредиторы зачастую «враждебно настроены» не только к должнику, но и к АУ, поэтому важно «уметь балансировать».

Однако партнер Bryan Cave Leighton Paisner Иван Веселов оценивает позицию ВС как «спорную и жесткую» по отношению к АУ, которые теперь будут «вынуждены увеличить временные и денежные расходы на выявление и оспаривание сделок должника».

По мнению АУ Максима Доценко, самый важный нюанс — то, что АУ не обвинен в полном бездействии, по сути, спор идет о том, когда нужно подать иск.

Иван Веселов добавляет, что АУ отсрочил оспаривание до утверждения плана реструктуризации, поэтому «имеются разумные основания полагать, что управляющий не совершил соответствующего проступка».

«К любому АУ теперь могут появиться надуманные претензии и поводы для привлечения к ответственности, а кредиторы станут еще больше жаловаться»,— опасается Максим Доценко.

Господин Веселов добавляет, что дело «ставит под сомнение право АУ принимать самостоятельные решения для оптимизации процедуры банкротства» и можно сделать вывод о «желании еще жестче регулировать АУ и мотивировать их к активной работе в пополнении конкурсной массы».

Екатерина Волкова, Анна Занина

Анализ судебной практики по внеконкурсному оспариванию сделок

Цыкунова, А. А. Анализ судебной практики по внеконкурсному оспариванию сделок / А. А. Цыкунова. — Текст : непосредственный // Новый юридический вестник. — 2020. — № 1 (15). — С. 13-16. — URL: https://moluch.ru/th/9/archive/151/4730/ (дата обращения: 21.03.2022).



Встатье поднимается проблема неурегулированности «паулианова иска» или внеконкурсного оспаривания сделок должника, когда кредитору необходимо оспорить злостную сделку по выведению активов без возбуждения дорогостоящего и длительного процесса банкротства должника.

К сожалению, российским законодательством на данный момент не предусмотрена прямая возможность на внеконкурсное оспаривание, поэтому на основании анализа судебной практики показаны те особенности «паулианова иска», которые удалось сформировать судам в последние годы.

Ключевые слова: злоупотребление правом, внеконкурсное оспаривание, должник, несостоятельность (банкротство), оспаривание сделок должника

На данный момент является до сих пор насущным вопрос об оспаривании «злостных» сделок должника, заключаемых им с той единственной целью, чтобы не дать обратить взыскание кредитору на имеющееся, но выбывшее из владения у должника имущество, вернуть которое в рамках обычного гражданского оборота не представляется возможным.

Кредитору в этом случае остается лишь инициировать процедуру банкротства, в рамках которой, после длительного, дорогостоящего и не всегда эффективного механизма оспаривания, появляется шанс на возвращение ликвидного актива.

По этой причине еще в 2015 году был предложен Проект Федерального закона № 711269–6 «О внесении изменений в Федеральный закон «Об исполнительном производстве» (ред., внесенная в ГД ФС РФ, текст по состоянию на 29.01.2015), направленный на регламентацию внеконкурсного оспаривания сделок.

Читайте также:  Уплата налогов и сборов

И хоть самому проекту не было суждено стать внедренным в отечественное законодательство по причине собственного несовершенства, сама идея имплементации данного института по примеру зарубежных правопорядков была поддержана.

Первый отклик со стороны судебной практики был получен в п. 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25 ноября 2008 г. № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Данное разъяснение положило еще тогда неустойчивое начало разрешению оспаривания сделок вне банкротства, но так и не нашло дальнейшего массового применения, вплоть до 2015 года, где уже Верховный Суд РФ (далее — ВС РФ) начал аккуратно прокладывать путь по внеконкурсному оспариванию сделок [1].

Первые споры были очевидны своим намереньем причинить вред кредиторам и заключались как правило в том, что должник, узнав об обращении кредитора в суд, в непродолжительный период времени после этого передавал свое имущество аффилированным лицам, чем исключал возможность обратить на такое имущество взыскание. Страждущий же кредитор, осознавая незаконность сего действия, обращался в суд с требованием признать сделку недействительной, опираясь на статью 10 ГК РФ как на единственный механизм, способный при отсутствии законодательного урегулирования, выявить и пресечь такое недобросовестное поведение.

Для защиты нарушенного права кредитора в ситуациях, когда иным образом его не удалось восстановить, ВС РФ в еще первых судебных актах, посвященных внеконкурсному оспариванию, ввел определенные критерии, позволяющие судам при анализе сделки через призму добросовестности, выявлять ее порочность и благодаря этому признавать недействительной.

В частности, это такие критерии, как наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки и т. д. [2]. Поэтому в связи с тем, что внеконкурсное оспаривание так и находится вне поля законодательного урегулирования, судам под эгидой ВС РФ приходится самостоятельно шаг за шагом прокладывать практику оспаривания вне банкротства, разрешая возникающие в ходе такого продвижения проблемы, регулирование которых все еще часто зависит от усмотрения конкретного суда.

Одной из таких проблем является неопределенность периода оспаривания. На основе судебной практики на данный момент представляется трудным определить точный период внеконкурсного оспаривания, аналогичный периоду подозрительности, установленного в 26.10.2002 № 127 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве).

Суды признают недействительными сделки, как совершенные после вынесения решения суда о взыскании задолженности, так и возникшие до такого решения, но в которых удалось доказать единственную цель заключенной сделки — причинение вреда кредитору.

Например, в одном из рассмотренных дел оспариваемая сделка была совершена за 5 месяцев до итогового решения о взыскании задолженности с должника [3].

При сопоставлении периода подозрительности, установленного Законом о банкротстве, и с еще неоднозначным периодом внеконкурсного оспаривания, возникает вопрос о правовой природе таких сделок.

Если при внеконкурсном оспаривании сделка становится ничтожной в силу статей 10 и 168 ГК РФ, то при применении специальных оснований оспаривания Закона о банкротстве такая сделка уже является оспоримой.

Соответственно законодательное закрепление внеконкурсного оспаривания, влекущее ничтожность, может породить различия определения сроков давности однородных сделок, исчисление которых будет зависеть от примененной к ним процедуре.

Если опираться на зарубежный опыт, то, например, в Немецком законе о внеконкурсном производстве, как указывает Усачева К. А., установлен период «подозрительности» протяженностью в 10 лет до оспаривания при условии, если действия должника совершенны с намерением причинить вред интересам своих кредиторов [4, с. 25].

Аналогичный подход в Германии применен и к банкротному процессу, где сделки «in fraudem creditorum» подлежат оспариванию, если они совершены в последние 10 лет до подачи заявления о признании должника несостоятельным [5, с. 195].

В российских реалиях введение периода «подозрительности» в 10 лет, как это предлагается Экспертным заключением [6], приведет к различию применяемых подходов по исчислению сроков в рамках банкротства и за его пределами.

Поэтому, на наш взгляд, для соблюдения единообразия по исчислению сроков необходимо придерживаться подхода, закрепленного в Законе о банкротстве, где такие фраудаторные сделки признают оспоримыми.

Кроме того, судебной практикой пока не установлен конкретный перечень сделок, подлежащих оспариванию. На данный момент судами за рамками банкротства были рассмотрены такие виды договоров как купля-продажа, дарение, передача в доверительное управление, заключение брачного договора.

При этом законодательством о банкротстве предусмотрен более широкий перечень, включающий в себя не только сделки, но и различные действия должника (ст. 61.1 Закона о банкротстве).

Инкорпорация такого широкого перечня в принципе видится разумной и во вне банкротное оспаривание, поскольку такой подход позволит избежать ситуаций, когда наделенное «иммунитетом» действие не будет признаваться недействительным из-за отсутствия на это законодательного «разрешения».

Следующий вопрос заключается в определении круга субъектов внеконкурсного оспаривания.

Ответчиками выступают не только первоначальные покупатели скрываемого имущества в роли аффилированных с должником лиц, но и последующие приобретатели спорного имущества, в том числе и добросовестные, а также и сам должник или его правопреемники в качестве дополнительных ответчиков.

В тех ситуациях, когда при внеконкурсном оспаривании конечным покупателем спорного имущества становится добросовестное лицо возвратить имущество в натуре при признании сделки недействительной становится невозможным (статьи 301, 302 ГК РФ).

Тогда для восстановления нарушенного права кредитора судами ставится вопрос об взыскании реальных убытков с первого недобросовестного покупателя по реально отчужденной цене [7], либо если она была занижена об возмещении полной стоимости имущества, выбывшего из владения должника [8].

На данный момент в большинстве случаев внеконкурсное оспаривание инициируют кредиторы при этом по аналогии с банкротством, где есть специальный субъект, уполномоченный на такого рода действия, в внеконкурсном также предлагалось предоставить данное право судебному приставу по проекту Федерального закона № 711269–6 «О внесении изменений в Федеральный закон «Об исполнительном производстве». Данное предложение в последующем было апробировано и судебной практикой, в частности в деле ВС РФ от 18 апреля 2017 г. № 77-КГ17–7 истцами по оспариванию сделки выступили несколько судебных приставов, требующих признать договор купли-продажи полуприцепа недействительным.

Важно отметить, что в данном деле приставы предъявили иск только о признании сделки недействительной (п. 2 ст. 166 ГК РФ), без требования о применении последствий ее недействительности (п. 3 ст. 166 ГК РФ). Как отмечает Ерохова М. А.

, связано это с тем, что судебный исполнитель как лицо, не являющееся стороной сделки, столкнется со сложностью применения реституции: ему надо будет каким-то образом понуждать стороны сделки вернуться в состояние, предшествовавшее ее заключению [9, с. 68].

При этом по правовой логике кредитор, так же, как и пристав не имеет возможности просить применить реституцию, поскольку законодательно на это управомочены лишь сами стороны оспариваемой сделки.

Для разрешения сложившейся проблемы ВС РФ допустил расширить субъективный состав в исключительных случаях тогда, когда не установлен иной способ защиты права третьего лица (абз. 2 п. 78 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25). Данное разъяснение было положено в основу и в Определение Верховного Суда РФ от 03.05.

2017 № 301-ЭС16–20128 по делу № А28–12640/2015, где суды допустили по иску третьего лица признать сделку недействительной, но при этом ошибочно отказались применять последствия такой недействительности из-за неуправомоченности на это кредитора. Соответственно, как отмечает Карапетов А. Г. подобное допущение вопреки букве закона может иметь лишь характер исключения, классическим примером которого является «внеконкурсное оспаривание» сделок должника [10, с. 395].

В Законе о банкротстве ключевая роль по оспариванию отдается независимому от сторон субъекту — арбитражному управляющему и только в исключительных случаях делегируется кредиторам для защиты последними своих законных интересов.

Для внеконкурсного процесса наличие исключительно специального субъекта в виде судебного пристава видится не совсем корректным, поскольку данное лицо может не обладать специальными знаниями для оспаривания различных сделок, к тому же ответственность которую несет пристав в разы менее существенная чем та, которую несет за свои действия арбитражный управляющий, что в свою очередь может привести к различным безнаказанным злоупотреблениям. Поэтому если в законодательстве о банкротстве круг субъектов прямо предусмотрен законом, то внеконкурсное оспаривание на общегражданских основаниях порождает лишь путаницу в субъектах, для разрешения которой ВС РФ приходится допускать различные исключения.

Исходя из вышеописанного, следует вывод, что внеконкурсное оспаривание неурегулированное в России еще только начинает свое формирование и поэтому многие вопросы, хоть и охваченные судебной практикой, все же еще остаются неразрешенными.

Во-первых, это касается неопределенности тех условий, которым должна соответствовать сделка, чтобы попасть в «зону риска» внеконкурного оспаривания. По аналогии с Законом о банкротстве, где представлены такие виды сделок как направленные на причинение вреда кредиторам (п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве) и сделки с предпочтением (ст. 61.

3 Закона о банкротстве), видится разумным позаимствовать только первый из названных видов. Что же касается включение во внеконкурсное оспаривание сделок с предпочтением или преференциальных, то, это на наш взгляд, ограничит присущую гражданскому праву диспозитивность, что в рамках обычного гражданского оборота недопустимо.

Во-вторых, это присутствующая на данный момент неопределенность периода оспаривания, которая ставится в зависимость от усмотрения конкретного суда и ограничивается только объективным сроком исковой давности.

Если принимать во внимание, что оспариваться будут, как указано выше, только фраудаторные сделки, то и для единства подходов необходимо применять «период подозрительности» аналогичный тому, что указан в законе о банкротстве по данному виду сделок. В-третьих, это «расплывчатость» круга субъектов управомоченных на оспаривание.

Так как внеконкурсное оспаривание представляет собой «миниатюрную» версию банкротного процесса, направленную, как правило, на защиту одного кредитора, то видится разумным предоставлять право на оспаривание не только специальному субъекту, такому как, например, пристав, но и самому кредитору, непосредственно заинтересованному в возвращении ликвидного актива в имущественную массу должника.

Литература:

  1. См.: Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 1 декабря 2015 г. № 4-КГ15–54; от 8 декабря 2015 г. № 5-КГ15–179; от 8 декабря 2015 г. № 34-КГ15–16. Доступ из СПС КонсультантПлюс.
  2. См.: Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда от 1 декабря 2015 г. № 4-КГ15–54. Доступ из СПС КонсультантПлюс.
  3. См.: Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда от 8 декабря 2015 № 5-КГ15–179. Доступ из СПС КонсультантПлюс.
  4. Усачева К. А. Внеконкурсное оспаривание поведения должника, причиняющего вред его кредиторам: российское право и европейская правовая традиция // Вестник гражданского права. 2017. № 5. С. 8–54.
  5. Шишмарева Т. П. Недействительность сделок и действий в процедурах несостоятельности в России и Германии. М.: Статут, 2018. 239 с
  6. Экспертное заключение на проект Федерального закона № 711269–6 «О внесении изменений в Федеральный закон «Об исполнительном производстве» (принято на заседании Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства 30.03.2015 № 140–3/2015). Доступ из СПС КонсультантПлюс.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *