Разнообразие банкротных процедур: новые идеи мэр

Разнообразие банкротных процедур: новые идеи МЭР

Евгений Разумный / Ведомости

После победы над коронавирусом российский рынок ожидает не только многократное увеличение банкротств, но и большая реформа самого банкротного законодательства.

Реабилитация должников вместо их ликвидации, слепой выбор арбитражных управляющих и доступность банкротства для физических лиц – основные направления реформы оглашены еще до кризиса.

Но будет ли реформа скорректирована из-за пандемия и когда она начнется?

Каждый новый кризис вызывает панические настроения и заявления, что «мир никогда уже не будет прежним», а спустя несколько месяцев после апокалипсиса об остроте переживаний закономерно вспоминают только коллеги-банкротчики, разгребающие остатки рухнувших бизнесов.

Остальная страна ходит в новые рестораны и магазины, открывшиеся на месте менее удачливых предшественников. Но законодательство о банкротстве хранит следы каждого из кризисов – все они заставляли проводить реформы. Достаточно вспомнить специальный режим банкротства банков, появившийся после кризиса 1998 г.

, и главу в законе о банкротстве об оспаривании сделок, которая принята после кризиса 2008 г.

Очередные изменения в российском законодательстве о банкротстве начали обсуждать задолго до пандемии. Самым заметным в последние месяцы был, пожалуй, проект реформы банкротного законодательства, подготовленный Минэкономразвития (хотя изменения в это законодательство обсуждаются и внедряются с завидным постоянством).

Все дальнейшие шаги имеет смысл обсуждать с оглядкой на этот программный документ. Пожалуй, самая ожидаемая реформа – повсеместное использование реабилитационных процедур банкротства вместо ликвидационных.

Сами по себе предложения Минэкономразвития в этой части (отмена заведомо бессмысленной и порой вредной процедуры наблюдения, более четкое разграничение оставшихся процедур) выглядят более чем здраво, но надеяться сейчас на революцию, увы, все равно не приходится.

Самый замечательный банкротный закон не предоставит финансирование бизнесу, у которого не хватает средств на расчет с кредиторами, не даст закрывшемуся из-за пандемии ресторану возможности рассчитаться с арендатором, банком, поставщиком и налоговым органом.

Поэтому единственной альтернативой ликвидации пока остается принудительное прекращение части обязательств должника в ущерб интересам кредиторов, а подобные благодеяния не могут быть массовыми, так как наносят удар по платежеспособности кредиторов – среди которых фискальный орган, а его интересы ущемлены у нас уж точно никак быть не могут.

Переход к широкому использованию реабилитационных процедур именно в эпоху массовых банкротств может оказаться вдвойне сложным.

Во-первых, инвесторов, готовых вкладываться в реструктуризацию проблемного бизнеса, не будет или будет слишком мало. То есть даже потенциально прибыльный бизнес, который мог бы привлечь финансирование со стороны на этапе банкротства или перед началом формальной процедуры и относительно легко пройти реабилитацию, в период кризиса скорее всего будет ликвидирован.

Во-вторых, повышенная нагрузка на любую систему делает гораздо более сложным внедрение изменений, тем более настолько глубоких. Новые процедуры, доселе не известные ни суду, ни арбитражным управляющим, вряд ли будут успешно применены в условиях многократного увеличения количества банкротных дел.

Во многих судах нагрузка на судей банкротных составов и до кризиса (совмещенного с реформой) была чрезмерной.

Судьи московских арбитражных судов вынуждены уделять слушанию по одному делу не более 10 минут, а при обсуждаемом сценарии и, например, при увеличении количества банкротных дел в 2 раза время рассмотрения дела, очевидно, уменьшится, условно, до пяти минут, за которые суд должен будет применить неизвестное ему законодательство, не имея под рукой правоприменительной практики.

Стоит сказать, что реструктуризация намного сложнее ликвидации и требует куда большей вовлеченности судьи – равно как хирургическая операция на сердце требует намного больше времени и усилий хирургов, чем вскрытие пациента, операции не дождавшегося.

Так что самые благие замыслы законодателя вполне могут разбиться о реалии арбитражных судов, но и другой принципиально важный участник процесса – арбитражный управляющий – тоже может не поддержать реформу.

Похоже, что профессиональное сообщество арбитражных управляющих совершенно не в восторге от предстоящих изменений.

Как итог, текущий кризис мы, вероятнее всего, переживем в условиях ликвидационного уклона банкротства, однако по его завершении остается надежда на более широкое использование реабилитационных процедур.

К сожалению, положение арбитражных управляющих давно оказалось гордиевым узлом российского банкротства. Основной принцип финансирования их деятельности – небольшое ежемесячное вознаграждение (или даже одноразовое в случае банкротства граждан) и процентное вознаграждение по результатам проведенных процедур банкротства.

Казалось бы, вполне разумный подход, но работает, как задумано, он довольно редко – как правило, только в тех процедурах, где активов должника достаточно, чтобы заинтересовать стороннего инвестора, который их финансирует (практически ни один арбитражный управляющий в одиночку сделать это не в состоянии).

Поэтому обычно процедуры банкротства финансируются кем-то из кредиторов или акционерами должника, которые получают в свое полное распоряжение и имущество должника, и управляющего.

Результат вполне предсказуем – среднестатистическая процедура банкротства сейчас похожа скорее не на цивилизованный процесс, в котором учитываются законные интересы всех участников, а на первобытную схватку, где побеждает сильнейший и самый зубастый кредитор.

Последние поправки в закон о банкротстве предлагают помимо всего прочего изменить сложившееся положение вещей и доверить выбор управляющего компьютерному алгоритму, а также несколько изменить порядок начисления вознаграждения. Арбитражные управляющие уже реагировали на эти предложения – и очень остро.

За их возражениями достаточно легко читается опасение остаться без средств, которые платят нечистоплотные заказчики банкротных процедур.

Без сомнения, безобразия с контролируемыми банкротствами должны быть пресечены, и с предложением о выборе кандидатуры управляющего компьютерным алгоритмом нельзя не согласиться – по крайней мере пока российские суды по разным причинам не готовы объективно и информированно назначать управляющих по своему усмотрению.

Но если не учитывать финансовые интересы арбитражных управляющих (в их легитимной части, разумеется), то может оказаться так, что вести процедуры, ликвидационные и реабилитационные, будет просто некому. Пока эта дилемма остается неразрешенной, а потому власти внезапно могут оказаться заложниками арбитражных управляющих – если в период массовых банкротств последние начнут бойкотировать проведение процедур.

Еще один очень большой блок реформы – банкротство физических лиц. Законопроект об изменениях в законодательстве о банкротстве в этой части уже рассмотрен Госдумой в первом чтении. Консенсус здесь заключается в том, что банкротство должно быть доступно для широкого круга граждан, оказавшихся в тяжелой финансовой ситуации.

Предполагается упростить (и, соответственно, удешевить) процедуры, сократить бюрократические формальности, необходимые для освобождения граждан-банкротов от долгов.

До последних событий этот законопроект выглядел полезным и для кредиторов, но в ситуации, когда процент неплатежеспособных заемщиков может вырасти на порядок, упрощенное банкротство должников по потребительским кредитам может потащить на дно и микрофинансовые, и кредитные организации.

Возврат в случае дефолта по таким кредитам в любом случае практически невозможен, поэтому речь скорее о факторе времени – насколько быстро финансовые организации будут вынуждены отразить убытки в балансах и (потенциально) обанкротиться сами. Эта часть реформы банкротного законодательства ближе всего к завершению, но может оказаться невыгодной для крупных банков – а значит, замороженной.

В любом случае после снятия режима ограничений на работу бизнеса для отрасли банкротства самой большой загадкой будет, начнется ли основная часть реформы законодательства после окончания кризиса в экономике (по опыту прежних лет речь о 1,5–2 годах) или правительство постарается добиться игры по новым правилам уже сейчас. Это мы, скорее всего, узнаем уже летом.

А пока на банкротства у нас мораторий.

Автор – советник, руководитель практики банкротства и финансовой реструктуризации международной юрфирмы «Ильяшев и партнеры», координатор INSOL Europe в России

Семь главных причин банкротств в «постковидную» эпоху

Разнообразие банкротных процедур: новые идеи МЭР

По мнению экспертов, российский бизнес восстанавливается после «ковидного» 2020 года. Но, как ни странно, восстановление бизнеса неразрывно связано с увеличением количества банкротств. По состоянию на первое полугодие 2021 года число банкротных процедур почти достигло уровня первого полугодия 2019 года. Рассмотрим на конкретных примерах шесть главных причин банкротства, чтобы читатели смогли избежать типичных ошибок в будущем.

Потеря лидера

Бизнес часто строится на воле сильного лидера, личные качества и опыт которого позволили создать продукт или идею, востребованную на рынке. Когда такой человек по каким-либо причинам отходит от дел, компанию может начать штормить, что грозит банкротством.

В 2017 году одна из ведущих российских инжиниринговых компаний «Гипрогазоочистка» столкнулась с финансовыми проблемами, вызванными отказом «Башнефти» от контракта на фоне растущего долга по банковским кредитам. Собственник «Гипрогазоочистки» Анисимов С. Н.

вел длительные и сложные переговоры, которые могли бы закончиться приемлемым для всех сторон решением, если бы бенефициар не ушел из жизни… В результате компания осталась обезглавленной, кредиторы инициировали процедуру банкротства «Гипрогазоочистки».

И таких примеров, к сожалению, много.

Изменение курса валют

В кризис 2014 года за несколько месяцев курс доллара вырос в два раза, в связи с чем упали и продажи всех товаров, цена которых была привязана к валюте. Серьезно пострадали отрасли, связанные с валютными контрактами, в частности автомобильный бизнес.

Так, Genser, работавший с 1991 года, перед своим закрытием продавал в год около 30 тыс. автомобилей 17 марок в 45 салонах в различных регионах страны. Его годовая выручка составляла около 50 млрд рублей. В 2017 году компанию пытался спасти СберБанк, однако это не помогло: в 2018 году Genser объявил о своем банкротстве.

Судьба Genser постигла и другого крупного игрока: в 2018 году «Независимость» (дилер BMW, Audi, Volvo, Jaguar и Land Rover), долг которого составлял почти 6 млрд рублей, ушел в банкротство. В обоих случаях основным фактором банкротства стало критическое изменение курса рубля, которое никто не смог спрогнозировать.

Ограниченный клиентский портфель

Нередко компания выбирает чересчур узкую специализацию и сотрудничает с одним или двумя якорными клиентами. Примером такого подхода к бизнесу являются крупные производители, реализующие свои товары в рамках процедуры госзакупок.

Бывает так, что компания перестает отвечать критериям, необходимым для участия в тендере, в результате чего уже не может получить новый заказ и поправить свое финансовое положение.

В таком случае организация либо ищет способ привлечь заемные денежные средства, либо продолжает функционировать без заказов, наращивая кредиторскую задолженность. К сожалению, наиболее вероятным исходом любого из этих вариантов является банкротство.

Такая судьба постигла клининговую компанию «Мастер Клининг», которая была создана в 2011 году по итогам открытого конкурса, проведенного РЖД.

В обязанности «Мастер Клининга» входило оказание услуг по уборке внутренних помещений и прилегающей территории железнодорожных вокзалов в Московской, Горьковской и Северо-Кавказской региональных дирекциях РЖД.

Читайте также:  Финансовый управляющий ип — это юридическое лицо?

Для исполнения контракта «Мастер Клининг» закупил дорогостоящую уборочную технику, а также получил кредиты на сумму около 100 млн рублей. Однако в 2013 году РЖД расторгли все контракты с компанией. «Мастер Клининг» не смог быстро перепрофилироваться, допустил просрочку по кредитам и был объявлен банкротом.

Неверно рассчитанная долговая нагрузка

Большинство организаций, которые успешно выходят на рынок, начинают масштабировать свой бизнес путем привлечения заемных средств. Эйфория успеха часто толкает собственников на необдуманные заимствования без тщательного планирования. В результате приходится сталкиваться с суровой реальностью и потерей контроля над бизнесом.

В конце 2013 года акции «Мечела» резко подешевели: 13 ноября они упали на 41,35%, а на следующий день — еще на 18%. Рыночная капитализация упала с 24 млрд долларов до 830 млн, а долги достигли 9,5 млрд долларов. Компания начала задерживать выплаты поставщикам и зарплату сотрудникам.

Эксперты полагают, что кризис был вызван неэффективными поглощениями и крайне рискованной финансовой политикой, фактически доведшей «Мечел» до предбанкротного состояния.

Компания была вынуждена начать переговоры с российскими и зарубежными банками-кредиторами. В конце ноября 2013 года «Мечел» объявил о заключении соглашения с банками о реструктуризации задолженности и отсрочке погашения кредитов.

Отдельно отмечалось, что компания не в состоянии обслуживать свои долги.

  • Так, неверно рассчитанная долговая нагрузка имела далеко идущие последствия: «Мечел» до сих пор не справился с проблемами и продолжает реструктурировать просроченные кредиты.
  • Корпоративный конфликт
  • Корпоративные конфликты нередко приводят участников в суды, а компания оказывается на грани (или за гранью) банкротства.

С 2016 года между владельцами «Юлмарта» разгорелся корпоративный конфликт. Его причина заключалась в том, что акционеры компании Костыгин Д. и Мейер А. с одной стороны и Васинкевич М. с другой не смогли договориться о развитии бизнеса и его финансировании.

После этого Васинкевич (38,5% акций) обратился в Лондонский суд, который обязал Koshigi и Svoboda (акционеры «Юлмарта», принадлежащие Костыгину и Мейеру) выкупить 38,5% «Юлмарта» за 67 млн долларов, однако сделка так и не состоялась. В результате операционная компания «Юлмарта», находящегося в состоянии корпоративного конфликта, подала в арбитраж заявление о собственном банкротстве.

Изменение конъюнктуры рынка

Одной из очень распространенных причин банкротства компаний становится существенное изменение рыночной конъюнктуры. Именно так произошло с ЗАО «Саратовский авиационный завод». Предприятие занималось двумя направлениями: постройкой новых самолетов (Як-40, Як-42 и др.) и ремонтом уже эксплуатирующихся.

Начав производство самолетов Як-42 в 1978 году, завод производил их вплоть до 2003 года, когда спрос на данную модель упал почти до нуля.

Прекратив производство самолетов, завод потерял стабильный и крупный источник дохода и начал выполнять работы по техническому обслуживанию воздушных судов. Однако доходы от этой деятельности не покрывали убытков, образованных до этого.

В результате в 2005 году в отношении Саратовского авиационного завода была введена процедура банкротства.

Умышленное банкротство с целью вывода активов

К сожалению, банкротство часто используется для вывода активов. Такое банкротство наступает по умыслу участников, собственников имущества должника или иных лиц, имеющих право давать обязательные для организации указания.

В ситуации умышленного банкротства очевидной кажется ответственность контролирующих лиц, но предпринимательская деятельность всегда совмещена с риском, а грань между предпринимательским риском и умышленным приведением компании к банкротству часто едва различима.

К сожалению, в настоящее время при полностью контролируемом банкротстве у кредиторов не так много способов защиты своих прав. Основными являются признание незаконными действий арбитражного управляющего, оспаривание оценки и заключения о преднамеренном и фиктивном банкротстве. Надо сказать, что шансы на успех ничтожны.

Согласно судебной практике, дел по преднамеренному банкротству возбуждено немного. Но то, что Следственный комитет начинает проявлять активность в подобных вопросах, не может не обнадеживать законопослушных кредиторов.

Так, Приволжское следственное управление на транспорте Следственного комитета России возбудило уголовное дело по факту преднамеренного банкротства ООО «Авиакомпания «ВИМ-Авиа» по статье 196 УК РФ («Преднамеренное банкротство»).

По версии следствия, руководители и собственники «ВИМ-Авиа», осознавая, что авиакомпания находится в нестабильном положении, заключали в 2016 и 2017 годах явно невыгодные сделки, в том числе направленные на вывод активов за рубеж в пользу аффилированных организаций. Отмечается, что договоры влекли огромные финансовые затраты и, как следствие, заведомо приводили к неспособности «ВИМ-Авиа» удовлетворить требования кредиторов.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции

Побороть прокредиторскую систему: банкротство после пандемии — новости Право.ру

Первое, о чем говорили участники мероприятия – масштабные поправки банкротного законодательства, которые предложило Минэкономразвития еще в марте этого года. Изменения объемом более 400 страниц охватывают практически все элементы института несостоятельности: от базовых определений и процедур до создания новых инструментов. 

Одна из основных идей законопроекта предполагает отказаться от малоэффективных сейчас реабилитационных процедур  (наблюдение, финансовое оздоровление и внешнее управление), сделав одну – реструктуризацию долгов.

Вместе с тем, она будет вводиться только с согласия кредитора, обратил внимание начальник управления по сопровождению процедур банкротства и взысканию проблемной задолженности в НК «Роснефть», Рустем Мифтахутдинов: «Скорее всего, этой доброй милости с его стороны не будет».

Эксперт предполагает, что нововведение станет применяться лишь в единичных случая, когда у должника есть давний мажоритарный кредитор, доверяющий ему. Одним словом, если все власть над обсуждаемой процедурой сохранится у кредиторов, то реабилитационные механизмы не заработают, предупредил юрист.

Практика Банкротства и пандемия: памятка для арбитражных управляющих

Тем временем, на практике уже заработал другой институт – мораторий на банкротство. Защищенные компании определяются по ОКВЭД (код экономической деятельности). Код основного вида деятельности должен соответствовать указанной сфере. Чтобы узнать, попала ли компания под ограничения, можно зайти на сайт ФНС и ввести ИНН или ОГРН организации. 

В течение моратория нельзя обратить взыскание на заложенное имущество, в том числе во внесудебном порядке, нельзя начислять проценты по просроченным обязательствам. Ряд мер предусмотрен для должников, на которых возбудили дело о банкротстве в течение трех месяцев после окончания «мораторной защиты».

Сделки по передаче имущества или принятию обязательств, заключенные в период моратория, признаются ничтожными, кроме обычных и тех, чья цена не больше 1% от стоимости активов должника. В целом закон содержит меры по сохранению активов должника и ставит барьеры для вывода средств (аналогично банкротству).

И уже появилась первая судебная практика по этому нововведению. О ней говорил Александр Федоров, начальник отдела по работе с несостоятельными должниками в РУСАЛе.

В первом из приведенных споров 8-й ААС подтвердил, что мораторий автоматически распространяется на компании из пострадавших отраслей.

Если кредитор такой фирмы не согласен с этим, то он в своем заявлении должен указать, что у должника не возникло никаких сложностей из-за пандемии (Дело № А70-5163/2020). 

А в другом споре 4-й ААС пришел, по сути к противоположному выводу. Суд указал, что мораторий применяется не ко всем организациям из пострадавших отраслей, а лишь к тем, которые уже находятся в процедуре несостоятельности (дело № А58-6730/2018). 

На примере двух этих решений можно заметить, насколько причудливо правоприменение и широко поле для толкований, когда нет доктринальной поддержки и конкретных кейсов, констатировал Федоров.

Кроме того, по закону подпавшие под мораторий на банкротство компании смогут отказаться от него, чтобы выплачивать дивиденды и распределять прибыль между своими учредителями. Чтобы выйти из-под действия моратория, фирме или индивидуальному предпринимателю нужно отправить заявление в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве. 

  • При этом, если должник продолжит свою активную деятельность во время моратория, то ему стоит опасаться трех главных рисков, предупредил Артем Антонов из Результаты рейтинга «Право-300» будут доступны после 2-го декабря
    :
  • — Оспаривание сделок, заключенных в этот период
  • — Требование о возмещении убытков со стороны кредиторов
  • — Привлечение к субсидиарной ответственности руководства должника
  • Всплыть перечисленные проблемы могут, когда уже возбудят дело о банкротстве, заметил эксперт.

Сделки и «Субсидиарка»

Участники конференции подробно остановились и на теме оспаривания сделок. Именно через них должники нередко выводят имущество должника.

Партнер Результаты рейтинга «Право-300» будут доступны после 2-го декабря
Николай Покрышкин рассуждал о возможности оспорить такие операции в рамках внеконкурсного оспаривания – еще до банкротства.

Он подчеркнул, что судебная практика по этому вопросу неоднородна: «Гарантий стабильного результата в таких исках нет». По его словам, классическое основание для такого обжалования – связка ст. 1, 10 («Добросовестность») и ст. 168 ГК («Ничтожность»).

Если же говорить про оспаривание сделок банкрота, то этот способ не стоит приравнивать к возврату выведенного имущества, особо подчеркнула управляющий партнер Parallel Legal Consulting Ольга Савина. Она прогнозирует, что после окончания моратория  число оспариваний увеличится в разы, а злоупотреблений со стороны должников будет больше. Ведь отступать им в такой ситуации уже некуда.

И в такой ситуации непросто придется руководителям банкротящихся компаний.

Чтобы им снизить риск привлечения к субсидиарной ответственности в будущем, топ-менеджерам нужно уже сейчас иметь экономически обоснованный план по выводу компании из кризиса, пояснила партнер Результаты рейтинга «Право-300» будут доступны после 2-го декабря
Вера Рихтерман: «Документ нужно утвердить с учетом влияния пандемии на конкретную отрасль». Помимо этого, необходимо собирать доказательства, что все трудности у организации имеют временный характер.

И не стоит надеяться, что наличие номинального директора в фирме позволит избежать ответственности. По словам Дмитрия Якушева из Результаты рейтинга «Право-300» будут доступны после 2-го декабря
, сейчас практика складывается таким образом, что «номинала» не освобождают от «субсидиарки». А должникам еще и стоит быть морально готовыми к нетривиальному поведению со стороны кредиторов.

На практике был пример, когда кредитор провел собрание кредиторов и одобрил предоставление должнику жилья в 31 кв.м., чтобы продать его единственную квартиру размером 147 кв.м.

Вячеслав Косаков, управляющий партнер Результаты рейтинга «Право-300» будут доступны после 2-го декабря

Кто еще под ударом в банкротстве

Обсуждали эксперты и вопросы по уже сложившейся практике. Речь зашла про банкротное дело ООО «Альянс», где налоговикам удалось доказать, что супруга руководителя должника тоже контролировала работу фирмы и извлекала выгоду из незаконных действий её мужа (дело № А40-131425/2016).

Читайте также:  Ответственность поручителей при банкротстве физического лица (судебная практика)

Верховный суд тогда признал, что фактический контроль над должником возможен вне зависимости от наличия формальных признаков аффилированности. Например, через родство с бенефициаром.

В этой связи управляющий партнер Результаты рейтинга «Право-300» будут доступны после 2-го декабря
Максим Стрижак привел  примеры тех лиц, которые тоже могут попасть под «субсидиарку» как «соучастники». 

Лица, входящие в состав органов управления должника, достаточно широко привлекаются к субсидиарной ответственности. Наиболее часто встречающиеся в практике случаи – привлечение к ответственности членов совета директоров из-за одобрения ими сделок, повлекших вывод активов должника, и членов кредитных комитетов в банках, которые одобрили выдачу «невозвратных кредитов».

Максим Стрижак, управляющий партнер Результаты рейтинга «Право-300» будут доступны после 2-го декабря

Еще одно схожее резонансное дело – спор вокруг «Амурского продукта». В рамках этого разбирательства Экономколлегия разрешила привлекать к субсидиарной ответственности наследников должника (дело № А04-7886/2016). Но и этот вопрос нуждается в более подробном разъяснении, полагает партнер Результаты рейтинга «Право-300» будут доступны после 2-го декабря
Антон Красников. 

Судебный акт о взыскании с наследников лиц, контролирующих должника, должен содержать указание на присуждение всей суммы долга. Но при этом с указанием на удовлетворение в пределах стоимости наследственной массы, а также с учетом требований иных кредиторов.

Антон Красников, партнер Результаты рейтинга «Право-300» будут доступны после 2-го декабря

Вспомнили и про «банкротный туризм», который Верховный суд запретил летом прошлого года. Владельцы крупнейшего российского ресторанного холдинга в течение многих лет жили в Москве, но на дату подачи заявления о банкротстве в суд все они оказались зарегистрированы в Михайловке Волгоградской области. ВТБ удалось оспорить подобные действия своих должников.

Святослав Шевалье, старший управляющий директор Правового блока, ВЭБ.РФ объяснил, что в таких ситуациях кредитору нужно доказать – настоящее место проживания должника не совпадает с его формальной регистрацией.

И доказательствами для этого послужат отсутствие семейных обстоятельств или бизнес-дел, которые «заставили бы» резко и неожиданно сменить место жительства, резюмировал эксперт.

Проблемы есть и с институтом банкротства физлиц. Об этом подробнее рассказал управляющий партнер Результаты рейтинга «Право-300» будут доступны после 2-го декабря
Роман Скляр.

Во-первых, эксперт обратил внимание на низкую информированность граждан об этой процедуре.

Во-вторых, официальный доход граждан слишком мал, чтобы удовлетворить требования кредиторов и еще содержать семью параллельно.

Для арбитражных управляющих процедура оказывается невыгодной, потому что за работу с физлицами они получают слишком мало. А такая процедура не может быть простой и дешевой по определению.

Роман Скляр, управляющий партнер Результаты рейтинга «Право-300» будут доступны после 2-го декабря

  • COVID-19
  • Конференции Право.ru

Минэкономразвития реформирует институт банкротств юридических лиц | Министерство экономического развития Российской Федерации

Реформирование института несостоятельности (банкротства) юридических лиц сделает процедуру более «цивилизованной» и обеспечит баланс интересов должников, кредиторов и государства, поскольку действующее законодательство не предлагает эффективного механизма реабилитационных процедур.

Так, по статистике, в России почти 98 % предприятий, в отношении которых применяются процедуры банкротства, не получают шанса на спасение, в том время как в развитых странах достаточно высок процент применения реабилитационных процедур (до 30 %).

Подготовленные Минэкономразвития изменения, касающиеся института банкротства, презентовал сегодня журналистам замминистра Илья Торосов.

Он отметил, что современные дела о банкротстве затянуты по срокам, при этом неэффективны в части удовлетворения требований кредиторов. Доля удовлетворенных требований кредиторов не превышает 5 %, при этом высока доля случаев, когда кредиторам не производится вообще никаких выплат (68 %). В связи с этим подготовлены решения, касающиеся всех аспектов процедуры банкротства.

Одно из них — это так называемый «англо-голландский аукцион», т.е. переход к схеме торгов, когда в рамках одной торговой сессии стоимость реализуемого актива вначале ведется на повышение, а если нет желающих его купить — на понижение, при этом цена может снова повышаться при наличии предложений.

Это позволит значительно ускорить торги, которые сегодня идут в несколько этапов на повышение и затем реализуются через публичное предложение.

Сами торги планируется проводить на электронных площадках, функционирующих в соответствии с законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок.

Чтобы привлечь к торгам больше потенциальных покупателей и повысить конкуренцию на торгах, все объявления о продаже имущества банкротов будут публиковаться в удобном виде на специальном сайте за 30 дней до старта торгов.

Удобство и прозрачность позволят расширить круг потенциальных покупателей имущества банкротов, включая физлиц.

Порядок формирования и ведения соответствующей государственной информационной системы утвердит Правительство Российской Федерации.

Изменения коснутся и механизма реструктуризации – предлагается отказаться от таких процедур как «наблюдение», «финансовое оздоровление» и «внешнее управление» в пользу одной реабилитационной и одной ликвидационной процедуры.

Мотивировать компанию к «реабилитации» должна предусмотренная возможность подачи в арбитражный суд заявления о реструктуризации долгов, как дополнительная альтернатива заявлению о банкротстве. Период этой процедуры предлагается ограничить сроком до четырех лет.

При этом предлагается обязать собрание кредиторов принять решение о прекращении хозяйственной деятельности через девять месяцев после открытия конкурсного производства. Эта мера нацелена на исключение из процедуры «вечных банкротов», которые годами продолжают вести заведомо убыточную деятельность.

Одна из проблем современных банкротств лежит в плоскости неэффективной работы саморегулируемых организаций, прежде всего, в связи с назначением арбитражных управляющих, аффилированных с участниками (должником или кредитором).

Важно отметить, что законопроектом предусмотрена балльная оценка и случайный выбор СРО и арбитражных управляющих, для чего будет создан специальный автоматизированный Регистр арбитражных управляющих. Рейтинг СРО будет влиять на выбор СРО и арбитражных управляющих.

Эти изменения будут способствовать повышению гарантий независимости арбитражного управляющего и более качественной реализации публично-правовой цели института банкротства. Повышаются требования к компенсационному фонду СРО в зависимости от категорий должников (для малых 50 млн. рублей, для средних – 100 млн. рублей, для крупных – 200 млн.

рублей). Изменения коснутся и других аспектов деятельности СРО, в том числе — обязательных требований к ним, порядка прохождения обучения, сдачи экзамена, стажировок арбитражных управляющих и др.

Результатом принятия законопроекта станет большая защищенность имущества и интересов должников — при наличии возможности и желания они смогут с большей вероятностью восстановить свою платежеспособность при предоставлении необходимых для этого правовых инструментов. Илья Торосов спрогнозировал, что реформа обеспечит рост реабилитационных процедур до 10 %.

Отдельные предложения законопроекта коснулись «наведения порядка» при проведении процедур банкротства стратегических организаций, организаций ОПК, застройщиков.

По новому правилу, в отношении стратегических компаний в случае необходимости функции антикризисного и конкурсного управляющего могут осуществляться специальным юридическим лицом (Ростех, Роскосмос, Росатом, ПСБ, единый институт развития в жилищной сфере).

Упрощается порядок выкупа имущества стратегических организаций (передача Российской Федерацией преимущественного права выкупа). При «замещении активов путем реорганизации в форме выделения» новым юрлицам будет сохраняться лицензия. Отдельно оговаривается обеспечение залогом требований по обязательным платежам (выплатам ФНС России).

Как изменится процедура банкротства после «перезагрузки»

Накануне в Госдуму внесен законопроект № 1172553-7 о реформе банкротства. Он расширяет применение реабилитационных механизмов и одновременно сокращает разнообразие банкротных процедур. Ранее проект этой инициативы вызвал много критики и неоднократно дорабатывался.

По мнению авторов инициативы, сейчас реабилитационные процедуры недостаточно эффективны. Их редко применяют на практике, и еще реже они действительно приводят к восстановлению платежеспособности должников.

В результате сами должники не видят в банкротных процедурах способа решить свои проблемы, и такие дела возбуждают почти исключительно по инициативе кредиторов, когда исчерпаны прочие способы взыскать долг.

Обратите внимание

Инициатива сокращает число банкротных процедур до двух, меняет принцип отбора арбитражных управляющих и оплаты их работы.

При этом за 2019–2020 годы только в 5% случаев требования кредиторов удовлетворили в полном объеме, а в 60% не удовлетворили вовсе.

Только в 2% случаев вводили реабилитационные процедуры, указано в пояснительной записке к законопроекту.

Конкурсное производство при этом в среднем занимает около 2,5 лет (в США, по данным автором законопроекта, его продолжительность в среднем не превышает года).

Арбитражные управляющие против «банкротных» поправок

Читать далее…

Реформа предполагает, что как должник, так и кредитор могут обратиться в суд не только с заявлением о признании должника банкротом, но и с заявлением о введении процедуры реструктуризации его долгов. При этом от всех прочих процедур (например, наблюдения или финансового оздоровления) предлагается полностью отказаться.

Обратите внимание

Законопроект предлагает разделить должников на группы и отбирать арбитражных управляющих для них на основе балльной системы, где каждой группе соответствует определенное количество набранных кандидатом баллов.

По мнению авторов инициативы, мотивацию управляющих необходимо повысить. Для этого внесут изменения и в порядок выплаты вознаграждения для них.

Фиксированная сумма будет зависеть от процедуры банкротства и ежемесячного либо единовременного порядка ее выплаты, а также от суммы процентов по вознаграждению.

Документ регулирует очередность удовлетворения требований кредиторов с учетом их приоритетности, причем требования контролирующих должника или аффилированных с ним лиц выделят специально.

Бизнес против нового закона о банкротстве

Читать далее…

Требования по обязательным платежам предлагается обеспечивать залогом, чтобы защитить интересы государства. При этом законотворцы ссылаются на позицию Конституционного суда, согласно которой налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью своего имущества, которая в виде денежной суммы подлежит взносу в казну.

Обратите внимание

Разнообразие банкротных процедур: новые идеи МЭР — Банкротство ФИЗ ЛИЦ 2021

Наши юристы подготовили развернутую информацию на тему «Разнообразие банкротных процедур: новые идеи МЭР» Собрали исчерпывающие материалы чтобы разъяснить всю суть вопроса. Если остались дополнительные вопросы, Вы можете задать их нашему консультанту.

В Германии дела о банкротстве и несостоятельности рассматриваются исключительно в судебном порядке. Роль судов по делам о несостоятельности выполняют местные суды (Amtsgerichte).

Дело о несостоятельности в ФРГ может быть открыто в отношении любого лица, независимо от осуществления им предпринимательской деятельности, оказавшегося неспособным платить долги.

Как уже говорилось, для возбуждения судом производства по делу о несостоятельности в ФРГ необходим лишь факт неплатежей, без определения минимальной суммы задолженности.

Дела данной категории рассматривают все гражданские суды.

Собрание кредиторов, по законодательству ФРГ и Франции, созывается после вынесения решения суда, признающего должника несостоятельным.

Практика показывает, что ликвидация предприятий обычно связана со значительными потерями для кредиторов, акционеров и государства, которые не компенсируются продажей имущества соответствующей фирмы.

Читайте также:  Можно ли взять ипотеку после банкротства физического лица в 2022 году. какие банки дают?

Поэтому обычно кредиторы, особенно если ими являются банки или иные кредитные учреждения, определяют дальнейшие действия в отношении предприятия-должника еще на начальной стадии неплатежей. При этом возможные варианты рассматриваются в такой последовательности:

  • 1 – возможность сохранения предприятия и урегулирования задолженности;
  • 2 – добровольная ликвидация предприятия;
  • 3 – принудительная ликвидация по решению суда.

По принятии первоочередных мер создается комитет по реструктуризации предприятия, состоящий из специалистов в различных отраслях хозяйственной деятельности, проводящий детальный анализ состояния предприятия и выдвигающий предложения по дальнейшей судьбе предприятия. Решающим критерием является качество продукции, рыночный спрос на нее, экономичность производства и другие “реально-экономические” параметры.

  • Если положение безнадежно – кредитные отношения с должником разрываются и инициируются процедуры по признанию предприятия несостоятельным в судебном порядке.
  • При принятии решения о возможности восстановления платежеспособности предприятия разрабатывается дальнейший план, сопровождающийся, как правило, уступками со стороны кредиторов в виде частичного отказа от требований, которые могут быть переоформлены в ссуды на новых условиях.
  • Реструктуризация предприятия проводится путем изменения его организационной и производственной структуры с целью приспособления к изменяющимся рыночным условиям, концентрации усилий предприятия на развитии тех сфер деятельности, которые приносят предприятию основную часть прибыли.
  • При рассмотрении дела о несостоятельности в суде и при установлении факта неплатежеспособности должника существует два варианта развития событий – заключение мировой сделки между должником и кредиторами относительно выплаты долгов или процедура конкурсного производства.

После официального начала процедуры банкротства судом по делам о банкротстве и назначения конкурсного управляющего последний должен решить, стоит ли продолжать/реорганизовать деятельность должника или ее необходимо ликвидировать. Надзор за деятельностью конкурсного управляющего является исключительной компетенцией судов.

Если конкурсный управляющий не выполняет своих обязанностей, то суд имеет право после предварительного уведомления конкурсного управляющего наложить на него штраф. Это положение применяется также в отношении отстраненных от должности конкурсных управляющих, которые не справились с передачей активов, и в отношении так называемых предварительных конкурсных управляющих.

Читайте Также  Банкротство сумма задолженности

Конкурсным управляющим не требуется получения лицензии для осуществления деятельности. Сфера их деятельности определяется Законом о банкротстве.

Предварительные управляющие должны предпринимать все необходимые меры в пределах полномочий, предоставленных им судом.Для назначения конкурсных управляющих не существует никаких специальных юридических требований.

Должность конкурсного управляющего сама по себе не считается профессией. В соответствии с немецким Законом о банкротстве конкурсный управляющий должен соответствовать только следующим требованиям: являться физическим лицом, которое имеет надлежащую квалификацию, в частности — опыт предпринимательской деятельности, и которое является независимым по отношению к должнику и кредиторам.

На практике конкурсными управляющими чаще всего назначаются юристы. Суды составляют списки всех юристов, которых они считают компетентными и правомочными для осуществления процедур банкротства. Обычно судьи при поиске конкурсного управляющего выбирают юриста из внутреннего списка своего суда. Как правило, новым юристам трудно попасть в такие внутренние списки.

Как победить банкротный туризм

Теперь уже не кредиторы обязаны доказывать в суде недобросовестность должника, а сам должник должен обосновать необходимость смены места жительства в преддверии банкротства /Максим Стулов / Ведомости

Мировая проблема «банкротного туризма» физических лиц – банкротов приобрела в России национальный колорит: межгосударственные «переезды» у нас сменились «переездами» между регионами, при этом целью «туристов» стало не желание удобно и быстро освободиться от долгов и завершить процедуру, а стремление оказать влияние на процесс назначения управляющего и затруднить жизнь своим кредиторам. Потому не удивительно, что типичный банкротный турист в России – это бизнесмен с многомиллионными долгами.

До недавнего времени арбитражные суды, как правило, закрывали глаза на смену места жительства должника перед банкротством и руководствовались крайне формальным подходом, согласно которому подсудность должна определяться по месту жительства гражданина на момент возбуждения дела о банкротстве.

Пресекались только те попытки передать дела в другой регион, которые были связаны с явными злоупотреблениями: попытками должников зарегистрироваться в другом регионе уже после принятия к производству заявления о банкротстве (нами обнаружено около 30 подобных дел за 2016–2018 гг.).

Если же «переезд» происходил раньше, пусть даже за несколько недель до возбуждения дела о банкротстве, суды усматривали нарушение правил о подсудности в единичных случаях.

Однако ситуация изменилась в начале 2019 г., когда на уровне Верховного суда были приняты определения по банкротным делам бенефициара банка «Мастер-капитал» Феликса Бажанова и бизнесмена Сергея Чака.

В обоих случаях Верховный суд пришел к выводу, что регистрация по новому адресу незадолго до или после возбуждения дела о банкротстве обязывает должника доказать наличие объективных причин для переезда – семейные обстоятельства, релокация бизнеса и т. п.

Если должник переехал в другой регион лишь на бумаге, заявление о банкротстве должно рассматриваться в центре притяжения его экономических интересов: по месту нахождения имущества, счетов и компаний, фактического проживания и ведения бизнеса, а также с учетом локализации большинства кредиторов должника.

С подачи Верховного суда в 2019 г. суды пресекли уже множество попыток банкротного туризма. По нашей статистике, вопрос о банкротном туризме вставал перед судами в 2019 г. не менее 70 раз. Мы решили проанализировать 50 последних дел из этого массива и выявили целый ряд любопытных закономерностей.

Из 50 дел в нашей подборке суды нашли злоупотребления в действиях должников в 39 случаях (почти 80%). Что характерно, в большинстве случаев «туристами» были граждане с крупными долгами – от пяти до нескольких сотен миллионов рублей. Чаще всего «туристы» «уезжают» из столичного региона: в 2019 г.

как минимум 12 должников перед банкротством изъявили желание сменить московскую или подмосковную регистрацию на региональную. При этом Москва – самое привлекательное «туристическое» направление для банкротов: около 15% должников из нашей подборки в 2019 г.

«переехали» в столицу, в то время как на другие регионы пришлось всего по одному-два прибывших «туриста».

Наш анализ массива дел 2019 г.

позволяет выделить следующие критерии недобросовестности должников при смене места жительства: длительность проживания по предыдущему адресу, неуведомление кредиторов о переезде; смена регистрации за несколько недель или даже дней до подачи заявления о банкротстве, в необыкновенно короткие сроки; регистрация в помещении, не принадлежащем должнику. При оценке реальности переезда суды могут учесть даже синхронность смены регистрации несколькими должниками – партнерами по бизнесу. Но главным критерием банкротного туризма следует признать дату смены регистрационного учета: чем ближе она к дате возбуждения дела о банкротстве (и, соответственно, к моменту разрешения вопроса о подсудности дела), тем выше шансы, что суд посчитает должника «туристом». Типичный срок переезда «туриста» – от шести дней до шести месяцев до подачи заявления о банкротстве (более 50% от всех случаев). Тем не менее примерный период подозрительности, когда на должника возлагается бремя доказывания цели переезда, по нашим оценкам, составляет один год до момента подачи заявления о банкротстве. Иногда до сих пор встречаются случаи, когда смена места регистрации происходит после начала процедуры банкротства – такие действия почти всегда признаются судами банкротным туризмом.

Читайте Также  Исполнительный лист при банкротстве должника куда подавать

Есть и факторы, которые дают судам право считать должника не «туристом», а «местным жителем»: проживание по новому адресу на протяжении как минимум полугода, наличие объективных семейных обстоятельств для переезда (например, развод или необходимость ухода за близким родственником), покупка недвижимости и иного имущества, трудовая занятость или наличие источника дохода в регионе, устройство детей в сады и школы, получение корреспонденции по новому адресу. По сути, арбитражные суды постепенно вырабатывают своеобразный чек-лист, позволяющий идентифицировать центр экономических интересов гражданина.

Более того, российские суды идут в ногу со временем и для определения реального места жительства должника могут принять во внимание даже расходы с банковских карт и поведение должника в интернете.

Так, дочери уфимского предпринимателя не удалось доказать реальность своего переезда в Чечню: суды установили, что девушка совершает покупки в Уфе, Москве и за границей, при этом в выписках по ее карточным счетам нет ни одной транзакции в Грозном.

Со ссылкой на личный блог девушки «Учеба в Англии» суд указал, что в действительности она преимущественно проживает в Лондоне и обучается в лондонском вузе.

  1. В результате суд пришел к выводу, что заявление о банкротстве девушки в России должно рассматриваться по месту ее прежней постоянной регистрации, а именно в республиканском арбитражном суде Башкортостана.
  2. По существу, «продолжниковское» отношение судов к банкротному туризму резко сменилось «прокредиторским»: теперь уже не кредиторы обязаны доказывать в суде недобросовестность должника, а сам должник должен обосновать необходимость смены места жительства в преддверии банкротства.
  3. В целом такой подход следует признать справедливым и разумным, главное – не допустить крайностей: ориентируясь на позиции Верховного суда, нижестоящие суды могут начать без разбора признавать фиктивными любые переезды в преддверии банкротства, несмотря на реальные семейные и (или) экономические обстоятельства должников.

Несмотря на то что Верховный суд практически поставил крест на банкротном туризме, недобросовестные должники не оставляют попыток такой борьбы с кредиторами, и иногда им это удается.

  • Поэтому кредиторам необходимо следить за активностью должников (как минимум, через Федресурс, банк данных исполнительных производств и картотеку арбитражных дел), а в случае возбуждения дела о банкротстве вне домашнего региона должника – оперативно представить суду свои возражения с целью передать дело по подсудности.
  • Конечно, есть вероятность, что с развитием судебной практики банкротный туризм через несколько лет окончательно исчезнет, но едва ли это остановит должников от поиска новых способов усложнить кредиторам возможность участия в банкротных процедурах.
  • Автор — адвокат, советник судебно-арбитражной практики адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры»

Источники

  1. Кузнецов, А. В. Международное частное право. Шпаргалка / А.В. Кузнецов. — М.: Научная книга, 2009. — 560 c.
  2. Сабылина А. И. Аудио- и видеозаписи как доказательства в гражданском процессе; Издательские решения — М., 2009. — 906 c.
  3. Зильберштейн А. А. Шпаргалка по земельному праву. Учебное пособие; Проспект — М., 1987. — 677 c.
  4. Псарева Е. А. Сборник типовых договоров; Книжкин дом — М., 2007. — 278 c.
  5. Контроль качества продукции № 8 2014; Стандарты и качество — М., 2014. — 738 c.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *